Галереи дизайнеров

Башкиры народный костюм картинки

По вашему запросу «башкиры народный костюм картинки» нашлись изображения:

Башкиры Народный Костюм Картинки

Нагрудники как неотъемлемый компонент убранства башкирского народного костюма (территориальные различия, семантика и способы декорирования).

Опубликовано в 2017, выпуск № 6(60) июнь 2017, искусствоведение | нет комментариев. Масленникова т. А. Orcid: 0000-0003-3616-0236, доктор искусствоведения, доцент, профессор кафедры изо, башкирский государственный педагогический университет им. М. Акмуллы. Нагрудники как неотъемлемый компонент убранства башкирского народного костюма (территориальные различия, семантика и способы декорирования). Аннотация край света где он находится фото. Целью исследования является изучение функций и вариантов бытования нагрудников как важного компонента народного костюма, помогающего представить костюм как единую художественную систему. Кроме того, устанавливаются отдельные связи этого аксессуара с элементами убранства традиционного интерьера башкирского жилища. Задачами, решаемыми в статье, являются выяснение территориальных различий нагрудников и влияния на этот процесс природно-географических факторов и уклада жизни, а также рассмотрение символических и художественных функций нагрудников и их роли в создании законченного облика костюмного комплекса.

Практическое назначение исследования заключается в углублении представлений о народном искусстве башкир на примере нагрудника как одного из главных составляющих костюма. Ключевые слова: нагрудник, костюм, традиционный, аксессуар, декоративный. Maslennikova t. A. Phd in arts, associate professor, bashkir state pedagogical university. M. Akmully. Chestplate as an integral component of the bashkir people’s costume (territorial differences, semantics and ways of decorating). Abstract. The purpose of the research is to study the functions and options for the chestplates as an important component of a folk costume, which helps to present a costume as a single artistic system.

In addition, separate links of this accessory with the elements of decoration of the traditional interior of a bashkir dwelling are established. The tasks solved in the article include finding territorial differences of chestplates and the influence of natural and geographical factors and the way of life on these distinctions, and considering symbolic and artistic functions of chestplates and their role in creating a complete appearance of the costume complex. Practical purpose of the research is to deepen the notion of the bashkir folk art with the help of a chestplate as one of the main components of a costume. Keywords: chestplate, costume, traditional, accessory, decorative. Народный башкирский костюм обрёл свою основную структуру и черты в домусульманский период. Конструктивная основа традиционного костюма с того времени кардинально не менялась. Она становилась более разнообразной, к ней добавлялись новые виды одежды и отдельные небольшие аксессуары. Менялись ткани, создававшие иную фактуру и цветовую гамму. Однако крой, общий силуэт, длина, основные дополнения и функциональное назначение оставались прежними.

Именно на раннем этапе формирования традиционного костюма в основу истолкования его композиционного строя легли первоначальные представления о структуре мира и языческие воззрения, связанные с символи

кой каждой составной части костюмного комплекса. красивые картинки с самолетами ...Все вышесказанное относится и к нагрудным украшениям, как к одному из главных аксессуаров, который также мало изменился с древнейших времен. Разновидности нагрудников были тесно связаны с территориальными комплексами башкирского костюма, их формы и декор опосредованно обуславливались природно-климатическими факторами и сформировавшимся укладом жизни. Так, юго-восточный костюм отличался декоративностью, в его убранстве использовались яркие цвета, контрастные сочетания и вместо тканья и вышивки, распространенной в других районах, основным приемом оформления была аппликация, отделка позументом и цветным сукном, украшение монетами, кораллами, бисером и подвесками. Применение указанных техник, материалов и приемов, а также разнообразие верхних одежд было связано с кочевыми традициями, которые дольше всего сохранялись в степной и лесостепной зонах. Для юго-восточного костюма были характерны нагрудники – селтэр, отличавшиеся трапециевидной формой и преобладанием в их оформлении кораллов, что поддерживало общий декоративный строй юго-восточного костюма. Образ зауральского костюма дополняли своеобразные нагрудники яга, имевшие почти прямоугольную форму и звенящие подвески. Нагрудник закрывал до пояса переднюю часть костюма. Я га, по словам очевидцев, был одним из любимых украшений башкирок, которое носили и девушки и замужние женщины. О декоре сказано, что он состоял из коралловых нитей, серебряных монет, стекляруса. Вся конструкция удерживалась на шее шнурком или тесьмой, с украшением в виде ожерелья.

Величина нагрудника зависела от возраста и состояния. [1, с. 56]. В северо-западном, земледельческом районе не уделялось столько внимания нагрудникам, здесь главным видом декора были вышитые и тканые узоры. Нагрудники как аксессуар также присутствовали в костюме, однако, делались они небольших размеров, по сравнению с использовавшимися в других областях. В целом крой северо-западной одежды характеризовался большим количеством отрезных линий и дополнительных элементов в виде оборок. Вышитый декор смотрелся менее броско, по цвету, она была более сдержанна и небольшие нагрудники в данном случае органично дополняли комплект костюма. Северо-восточный костюм формировался в земледельческо-скотоводческом регионе, поэтому нагрудник, составлявший его образ, напоминал аналогичное украшение костюма центрального региона, области со скотоводческим укладом жизни, и в то же время был сходен с нагрудником северо-западного костюма, северо-запад был земледельческим районом башкирии. Как свидетельствуют этнографы, в данной местности носили нагрудник муйынса, чаще овальный по форме. [2, с.

108, 180] в его декоре использовали в основном серебряные монеты, поменьше нашивали на основное поле, монеты побольше обрамляли нижний край украшения. В центральной башкирии оригинальной деталью одежды, отличной от аналогичных в других районах также был женский нагрудник. Он имел прямоугольную или овальную форму. Монеты, подвески, бисер, декорировавшие его, подбирались по размеру и соответственно общей форме самого нагрудника. В юго-западном костюме одним из отличительных элементов являлся нагрудник h акал. Он характеризовался овальной формой и плотным расположением монет. Подобная манера оформления нагрудного украшения не встречалась в других местностях. Нагрудники наряду с головными уборами являлись наиболее ярким компонентом верхнего отдела женского костюма башкир. С одной стороны нагрудники это украшение, с другой – необходимая часть одежды, и своеобразное продолжение женского головного убора.

Нагрудник декорировал верхний отдел костюма и вместе с головным убором был связан с кругом идей верхнего яруса в строении космоса.

По представлениям башкир, вселенная имела круговые очертания и делилась на части: земля, воздух и купол неба с луной, солнцем и звёздами. Небесный мир населялся божествами. Серебро, раковины, кораллы и полудрагоценные камни – материалы, использовавшиеся в декоре нагрудников, в традиции башкир были наделены значением оберега, и связывались с белым и красным цветом. Серебряные монеты, подвески, это белый цвет, кораллы и вставки на подвесках – красный. В фольклоре, белый и красный цвета характеризовали небесных жителей и волшебные предметы. Красный цвет ассоциировался с огнём и солнцем, белый – с чистотой, небом и образами птиц. У башкир священными птицами считалась лебеди, являвшиеся потомками мифической птицы хумай, дочери небесного царя самрау и его жены солнца. [3, с. 210]. В украшении нагрудников нередко использовали раковины-каури, которые выполняли оберегающую функцию, они защищали обладателя от сглаза. Например, у родственных башкирам, тюркских народов сибири, раковины-каури считались универсальным оберегом, так как они являлись воплощением богини умай, жены верховного божества тенгри. [4, с. гладиолус подари мне улыбку фото

265, 270-272] пристрастие к кораллам также было связано с развитой символикой красного цвета в магических представлениях башкир. Располагаясь на груди, нагрудник делал более заметной и значимой переднюю поверхность женской одежды. Нагрудники носили замужние женщины, они также входили в комплект праздничного костюма и в первую очередь предназначались для того, чтобы закрывать грудь и в магическом смысле охранять женщину от порчи. Наряду с этим использование в их оформлении элементов декора, наделённых оберегающей функцией, возможно, заключало в себе идею плодородия, продолжения жизни. В частности, украшение нагрудника бусинами, бисером и серебряными монетами весьма напоминало декор головных уборов теми же элементами и имело смысл умножения плодотворящих сил. Семантика, связанная с образом замужней женщины как символа плодородия прослеживалась в праздниках башкир. Например, на сабантуе, когда муллы молились о благополучном урожае, в раздаче подарков обязательно участвовали молодые женщины, недавно вышедшие замуж. [ 5, с. 135].

Говоря о художественных качествах, можно отметить, что башкирские нагрудники различались по форме, размерам и индивидуальному, неповторимому расположению декора. Наиболее распространенными являлись нагрудники яга, селтэр, h акал, муйынса, алмизеу. Во всех украшениях основой служила ткань обычно трапециевидной или округлой формы, на которую нашивали монеты, подвески и кораллы. Нагрудники также отличались друг от друга преимущественным использованием того или иного материала. Где-то преобладали нашивки серебром над украшениями из кораллов или наоборот коралловая сетка доминировала в композиции. Иногда монеты располагались плотно друг к другу, иногда разреженно, в иных случаях они свободно свисали на нитях, создавая дополнительный декоративный эффект. Способ нашивки элементов также отличался множеством вариантов. Монеты нашивались сплошными рядами, полосками, полукругом по форме нагрудника, они обрамляли края изделия или хаотично перемежались с серебряными накладками. В результате, неповторимые сочетания различных элементов декора на нагрудниках в каждом отдельном случае придавали украшениям индивидуальность. В некоторых случаях композиция заканчивалась коралловой сеткой с подвешенными на нити монетами, создававшими при передвижении характерный звон.

В составе костюма нагрудники, будучи объемным и самым ярким элементом, служили для усиления декоративности его передней части.

Подобным образом обозначался и композиционный центр. Поскольку нагрудники выполняли в кочевом быту башкир социальные (показатель общественного статуса женщин) и знаковые функции, а также были органичной частью художественного образа костюма, их оформление, как и костюма в целом, было созвучно декору на других изделиях. Например, украшения нагрудника h акал были схожи с бляхами конской сбруи и орнаментальными накладками на колчанах. Вероятно, эти нагрудники были описаны в. А. Арнольдовым в конце хiх в. В очерках о башкирах стерлитамакского уезда: «…разные бляхи на груди, напоминающие бляхи конской сбруи, отличают женское платье от мужской рубашки. » [6, с. 233] кроме того, полусферические бляхи на нагруднике, перекликались и с общей формой башкирского жилища.

Выполняя различные функции, нагрудники способствовали усилению роли костюма как ведущего компонента интерьера. Таким образом, нагрудники были важной оставляющей частью башкирского женского костюма не только как аксессуары, но и как необходимый связующий элемент всех частей костюма. Одновременно их местоположение и характер декора давали повод провести некоторые параллели между принципами оформления костюмного комплекса в целом и закономерностями построения художественного пространства традиционного интерьера. Список литературы / references. Никольский д. П. Башкиры. Этнографическое и санитарно-антропологическое исследование / д. П.

Никольский. – спб, 1899. –377с. Шитова с. Н. Башкирская народная одежда / с. Н. Шитова. – уфа: китап, 1995. –240с.

Бикбулатов н. В. Башкиры: этническая история и традиционная культура / н.

В. Бикбулатов, р. М. Юсупов, с. Н. Шитова и др. – уфа: научн. Изд. «башкирская энциклопедия», 2002. – 246с.

Потапов л. П. Умай – божество древних тюрков в свете этнографических данных / л. П. Потапов // тюркологический сборник. – м. , 1973. –№1972. –с. 265-286.

Бикбулатов н. В. Фатыхова ф. Ф. Семейный быт башкир хiх–хх вв / н. В. Бикбулатов ф. Ф. Фатыхова.

– м. : наука, 1991. – 189 с. Арнольдов в.

А. Санитарно-бытовой очерк жизни башкир юго-восточной части стерлитамакского уезда уфимской губернии /в. А. Арнольдов //общество врачей. Казанский университет. Дневник. – казань, 1894. – вып. 4.

–с. 227-294. Список литературы на английском языке / references in english. Nikol’skij d. P. Bashkiry. Jetnograficheskoe i sanitarno-antropologicheskoe issledovanie [ethnographic and anthropological study sanitary] / d. P. Nikol’skij.

– spb, 1899. –377 p. [in russian] shitova s. N. Bashkirskaja narodnaja odezhda [bashkir folk clothing] / s. N. Shitova. – ufa: kitap, 1995. –240 p. [in russian] bikbulatov n. V.

Bashkiry: jetnicheskaja istorija i tradicionnaja kul’tura [bashkirs: ethnic history and traditional culture] / n.

V. Bikbulatov, r. M. Jusupov, s. N. Shitova i dr. – ufa: nauchn. Izd. «bashkirskaja jenciklopedija», 2002. – 246 p. [in russian] potapov l.

P. Umaj – bozhestvo drevnih tjurkov v svete jetnograficheskih dannyh [umai-deity of the ancient turks in light of ethnographical data] / l. P. Potapov //tjurkologicheskij sbornik [tjurkologicheskij sbornik]. – m. , 1973. –№1972. – p. 265-286.

[in russian] bikbulatov n. V. Fatyhova f. F. Semejnyj byt bashkir hih–hh vv [family life bashkir xix-xx centuries] / n. V. Bikbulatov f. F. Fatyhova. – m. : nauka, 1991. – 189 p.

[in russian] arnol’dov v. A. Sanitarno-bytovoj ocherk zhizni bashkir jugo-vostochnoj chasti sterlitamakskogo uezda ufimskoj gubernii [sanitation-household essay life bashkir southeastern part of sterl

itamak uyezd of ufa province] /v. ...A. Arnol’dov // obshhestvo vrachej. Kazanskij universitet. Dnevnik [society of doctors. Kazan university. Diary]. – kazan’, 1894. – v. 4. –p. 227-294.

[in russian].